– Ага, – сказала Леночка, – попались… Вас, господа сыщики, хочет видеть босс.

– На фига это? – спросил Петрухин. Он стоял перед зеркалом и завязывал галстук.

– Что-то случилось? – спросил Купцов. Губы уже отошли от новокаина, и говорил он вполне сносно.

– Не знаю, – ответила Леночка. – Сказал, что если вы еще здесь, то непременно и срочно к нему. У него там какие-то мужчина и женщина… Оч-чень шикарные.

Партнеры переглянулись с кислым видом: похоже, к Брюнету закатились вице-губер с супружницей… Петрухин мигом подошел к окну, раздвинул жалюзи и оглядел стоянку. Автомобиля с мэриевскими номерами не увидел. Хотя нельзя было исключить и того, что вице-губернаторская «вольво» прячется за «фердинандом», либо «мерсом».

– Ладно, – сказал Петрухин, – пойдем, на месте узнаем, что к чему.

В кабинете Брюнета сидели мужчина и женщина. Настолько похожие друг на друга, что не было никакого сомнения – брат и сестра. У обоих – пепельные волосы и серые глаза. Оба, как сказала Леночка, «очень шикарные». Купцов определил про себя по другому – стильные.

– А вот и мои сыщики, – произнес Брюнет. – Позвольте я вас познакомлю…

Женщину звали Анна Николаевна, и руку она протягивала так, как для поцелуя. В ней безусловно был шарм. Или, если угодно, ПОРОДА. И красота, которая казалась отстраненной, живущей сама по себе.

– Весьма рад, – сказал Купцов.

– Петрухин, – сказал Петрухин. – Очень приятно.

Про утреннюю мамзель Дмитрий уже забыл.

Мужчину звали Петр Николаевич Московцев, на вид ему было около тридцати пяти. Его костюм, манера держаться и говорить наводили на мысль о дипломатическом ранге или о неких аристократических корнях… Позже именно так все и оказалось. Или почти так.

– Петр Николаич, – сказал Брюнет, – наш деловой партнер, эксперт по Скандинавии… Тут, видите ли, вот какая проблема…