— Понятно, — кивнул Келдыш. Он повернулся к Ивановскому. — Олег Генрихович, а что бы вы предложили предпринять в данном случае?

— Мстислав Всеволодович, с неисправным «Ходоком» мы ничего не достигнем. Может быть, лет через десять, когда программа развития искусственного интеллекта наберет обороты, мы научимся чинить некоторые неисправности на расстоянии, за счет изменения управляющих программ, но сейчас… — заместитель руководителя инженерной группы тяжело вздохнул. — Но упустить столь странный объект, как Аномалия…

— Я бы предложил послать на помощь «Луноход‑2», — снова вклинился в дискуссию Бабакин.

— Понимаю. В каком состоянии готовности он находится? — сразу среагировал академик Келдыш.

— Вообще-то он проходит очередные полевые испытания на «лунодроме» под Симферополем, мы ведь готовили его к засылке только в следующем году. Но что стоит доставить его на Байконур? Реально он вполне готов.

— А как насчет носителей?

Главный советский специалист по освоению Луны широко улыбнулся:

— Мстислав Всеволодович, наш космодром работает как часы. Если поднапрячься, то…

— Так, понял вас. Давайте, готовьте второй луноход. Однако языки держите на привязи — решение еще не окончательное. Я покуда уточню, что по этому поводу думают другие службы. Если они будут настроены так же бодро, то… — глава советской космической программы на мгновение замолк. — Попробую убедить высокое руководство.

Глава девятая

Борозда

В ту, отстоящую во времени, но еще более далекую по духу эру гигантский комплекс космодрома Байконур действительно работал с синхронностью часового механизма и с безотказностью автомата Калашникова.