Для полной убежденности мы сделали маневр, развернули нашего «Ходока» в предположительную сторону излучения. Затем переместили его еще на пятьдесят метров.

— Вы хотели сделать триангуляцию, Гарри Николаевич? — уточнил моложавый, но седой начальник программы освоения Луны профессор Бабакин. — Как?

— Понятно, ни датчики излучения, ни «ловец» космических лучей не дают нам такой возможности, Георгий Николаевич. Но ведь есть магнитометры. Даже сразу, на месте, имелось рассогласование: конечно, в пределах допустимой ошибки, но все же.

— Так, хорошо. И…

— Я понимаю, это все предположительно и это не моя область — изучение Луны. Тем не менее, есть еще один метод определения локального источника. Поскольку эта… Аномалия, подойдет? Поскольку эта Аномалия воздействует на всю электронную аппаратуру — не только на датчики, то можно попытаться определить ее местоположение… Место залегания по мере, так сказать, ухудшения работы «Ходока».

— Допустим, вы правы, и эта штука… э-э — Аномалия — воздействует на аппаратуру. И, к примеру, она возьмет и выйдет из строя, а? Мы ведь рассчитывали на работу нашего «Ходока» по крайней мере еще в течение полутора лет?

— Я все понимаю, Георгий Николаевич. Неужели, если бы не риск, я просил вашего содействия?

— Хорошо, в ближайшее время обдумаем ситуацию.

— Извиняюсь, что настаиваю, но из-за излучения наш «Ходок» действительно может выйти из строя еще до начала исследований. Точнее, не выйти из строя — это я преувеличил, но снизить свои исследовательские способности.

— Понимаю, но тем не менее хотя бы до завтра придется подождать.