Серебром. Я отошла от зеркала и начала собирать бумаги, в беспорядке разбросанные по столу. На многих — печати цвета антипода золота.

Серебро, серебро… Серебряных Детей, или, как нас еще называли, Рожденных Луной, всегда было не так много. Отличительные наши черты — серебряного цвета волосы, серые глаза, немного удлиненные пальцы. И татуировка, оплетающая правую руку, причем символы на ладони у каждого свои.

Нас не очень любят люди — скорее всего потому, что немного не понимают нашего дара и боятся его. А мы… просто мы единственные, кто может вызывать мертвых и говорить с умершими душами. Мы можем вызывать духов и расспрашивать их обо всем. Не некроманты, нет, поднимать зомби мы не умеем. Но обычные смертные все равно нас боятся — в глухих деревнях нас до сих пор считают вестниками смерти.

Именно по этой причине во время путешествий по поселениям, удаленным от больших городов, я обычно навожу морок на волосы и надеваю одежду с длинными рукавами или перчатки. Но здесь и в крупных городах я могу быть собой, и за это я ценила Долину — второй мой дом, где мне всегда были рады.

Сложив бумаги в папку, я вышла из комнаты. Заперла ее, поставив на замке печать ладонью — теперь в мое отсутствие сюда никто не сможет пройти — и начала спускаться по лестнице, ведущей в холл. В коридорах так называемого общежития, где имели комнату почти все, кто работал в Долине, было на удивление пустынно для этого часа. Впрочем, выйдя на улицу, я поняла, куда все делись. В такую погоду сидеть в комнате было бы просто кощунством, ничем не оправданным.

Зажмурившись от еще яркого солнца, я с наслаждением вдохнула чистый, наполненный запахом воды воздух. Огляделась вокруг, наслаждаясь переплетением зеленого и белого цветов. Белый камень и зеленая трава… удивительное, естественное, приятное для глаза сочетание, и архитекторам Долины удалось создать впечатление единства человека и природы.