— Это как-то повлияет на выполнение приказов верховного командования? — делано удивился Хейли.

— Ни в коем случае. — Генерал взглянул сквозь госсекретаря. — Дисциплина в армии по-прежнему находится на высоком уровне, но я не могу гарантировать достаточный боевой настрой. В прошлый раз все было ясно, мы усмиряли агрессора. Но как мне объяснить солдатам, за что они воюют теперь?

— А как же теракты позапрошлого года? — резко спросил президент. — Акции «Комбатос» в Буэнос-Айресе, Мадриде и в колонии Сидония на Марсе унесли семнадцать тысяч жизней.

— Связь террористов с правительством Айрин не доказана.

— Они финансировались с Айрин!

— У президента Лефлера нет лишних средств, да и забот хватает. Ему не до поддержки террористов. Его связь с «Комбатос» не доказана. Господин президент, мы же с вами не перед телекамерами, меня не надо агитировать. Если вы считаете, что атака необходима, я выполню ваш приказ со всей возможной тщательностью. Победу я гарантирую. Но я не могу гарантировать, что найду для вас оправдание.

— Я не нуждаюсь в оправданиях! — взорвался Парсон. — Просто примите к сведению данные Центральной разведки и проверьте их на месте!

— Они не подтвердятся, могу сказать это сразу.

— Вообще-то, я способен найти другого командующего миротворческими силами!

— Вы президент, — пожал плечами генерал.

Возникла тягостная пауза. Парсон нервно барабанил пальцами по столу, госсекретарь рассматривал ногти, а Свенсен не мигая смотрел на портрет первого президента Объединенных Наций Земли и Колоний, висящий над креслом президента нынешнего. Наконец Парсон немного успокоился и заявил:

— Менять командующего в данный момент нецелесообразно. Раз вы готовы исполнять мои приказы со всей тщательностью — исполняйте. В первую очередь приказ о скорейшем обнаружении пусковых шахт. Найдете ракеты, станете героем. Не найдете, так тому и быть, но сделайте все возможное.