— Сгинь, — приказал Свенсен. — И учти, девчонка — «вырви глаз», в штаб отправляй с кем-нибудь непробиваемым и особо бдительным. Красавчиков, типа твоего Жоржа, или кобелей, вроде Бойко, оставь при себе.

— Ясно. Агеева пошлю или Клюева. Этим пожилым Иванам Царевичам Василиса Прекрасная уже по барабану — говорящая лягушка интереснее. Честь имею!

— До связи… …Фирсов переключил канал и быстро уточнил диспозиции пятерок. Все шло по плану. Программа поиска была выполнена на девяносто восемь процентов. Никаких ракетных шахт не обнаружилось и в предгорных лесах Сен-Поля. Но майор не спешил. Он прекрасно знал, что война войной, а «разбор полетов» пройдет в мирной обстановке, и председательствовать там будут не боевые генералы, а военные бюрократы. Знаем, плавали. Если выполнять все пункты боевой программы с предельной точностью, докопаться жирным боровам будет не до чего. Так что спешить не стоит. Сначала обязательные выступления, а уж после — вольная программа. В меру вольная, конечно. Ведь отчитываться придется и за нее тоже. А что поделать? Таковы требования времени. «Прозрачность информации», «цивилизованная война», точечные бомбардировки и «гуманное оружие». Полный бред и лицемерие, но бороться с системой бессмысленно. Да и не майорское это дело.

Фирсов выбросил из головы все лишние мысли. Пока его делом оставалось выполнение приказа. Найти эти долбаные ракеты. Майор вызвал свою пятерку и «главного агентурщика» Жданова. «Хождение в народ» было его основной специальностью, и согласно инструкциям лейтенант должен был участвовать в таких мероприятиях, хотя бы как координатор. Когда все собрались, Фирсов вкратце обрисовал задачу.

— Мы с Жоржем отправляемся погулять. В штатском…

— Мне бы надо пойти, — с осуждением сказал Жданов. — Я же по чужой психологии специалист.

— Кювье у нас местный, так что я беру его, — ответил Фирсов. — А ты будешь нас консультировать в эфире. Прикрывать будет дядя Бум. Боек, остаешься с транспортом. Лопухов, жди в полной боевой, если что-то пойдет не так, отвлечешь местную контрразведку.