— Простите меня. Мне нужно идти.

Вместе с Сэмом Линна подходит к патрульному внедорожнику и говорит:

— Звук становится каким-то странным.

— Не такой уж он странный, как вы, вероятно, думаете, — отвечает Табор. Он что-то набирает на клавиатуре компьютера, встроенной в приборную панель автомобиля. — Дайте-ка я угадаю: вы хотите пойти за рекой.

— А это возможно? — спрашивает Линна, сердце ее подпрыгивает. Она знает, что он не мог этого знать, не мог ни о чем догадаться, знает, что он не позволит ей, и все же спрашивает.

— Я не могу помешать вам. Сначала появилась река, потом я увидел, что вас ужалили, и сразу все понял. Мой отец был полицейским двадцать, а то и больше лет тому назад. Он рассказывал мне, что иногда такое случается. Говорил, что начинается всегда с пчелиного укуса. Покажите мне вашу машину.

Линна ведет Табора обратно к «субару», снова устраивает Сэма на заднем сиденье. Полицейский велит ей открыть багажник, где обнаруживаются четырехгаллонные

— Хорошо. А как насчет провианта?

Линна показывает ему все, что у нее есть: сорок фунтов

— Горючее?

Бензина у нее всего полбака, миль на двести только и хватит.

— Сделайте запас, когда будет случай, — говорит Табор. — «Субару» — это неплохо, — добавляет он. — Но в глуши хороших дорог вы не найдете. Осторожно, когда свернете с магистрали.

— Я не собираюсь сворачивать в глушь, — вставляет Лннна. — Там все что угодно может случиться.

— Все равно свернете, — говорит Табор. — Мне рассказывали и об этом. Вы пойдете по течению реки к устью, чем бы и где бы оно ни оказалось. Помешать вам я не могу, но могу по крайней мере удостовериться, что у вас есть все необходимое в пути. — Табор вручает ей увесистую брезентовую сумку, которую достает из своего автомобиля. — Это что-то вроде аварийного комплекта, — говорит он. — Отец собрал ее перед тем, как уйти в отставку.