Зато видно, что игрушка дорогая. Металл прекрасный, рукоятка, кстати, довольно современной формы, костью отделана, по металлу инкрустация. И надпись: «За Вера, моя дочь, на четырнадцать лет. Папа».

- Ты Вера? - спросил я.

- Вера. - кивнула девчонка, протягивая руку за оружием. - А ты?

- Алексей. - ответил я, отдавая револьвер.

- За кого крешен? - уточнила она.

Ну, ты скажи… Это здесь принципиально? А «здесь» - это где?

- Уже не помню, - отмазался я от неудобного вопроса и сам перехватил инициативу: - А где я все же?

- На Берег Змеи, сто километров от Нова Фактория, - ответила она, уже не удивляясь, и попутно ловко вставляя в барабан два патрона. - За товар с обоз ходили, а на обратен путь напали.

Черт, что за язык у нее странный такой? Никогда подобного не слышал. А по акценту, то самая что ни на есть русская, те же болгары с сербами по-другому звучат. Да и внешне - курносая, голубоглазая, скуластая, белокожая, две русых косички из-под шляпы. А она меня не всегда понимает, это заметно. Кстати, а что это за Берег Змеи такой? Берег скелетов слышал, Берег Слоновой кости - тоже слышал, даже Берег Берцовой Кости в каком-то анекдоте встречал, а вот Змеи - ни разу. Все же Африка, если негры?

Рычание на улице понемногу затихало, но хруст костей доносился до нас явственно. Кстати, а не оборзели они там, жравши? А не стрельнуть ли мне еще одну-другую, а? Исключительно в порядке мести за испуг и изрезанные об осоку руки.

- Схожу. - сказал я, поднимаясь с колен. - Гиен прогоню.

- Не надо гонять. - покачала она головой. - Так зажрут и уйдут, а если ты еще гиена стрельнешь, то останутся. Пока не зажрут - уйти не смогут. Тут ждем.