— Сколько патронов там? — спросил я у девчонки.

— Десятка. — ответила она. — Полно. Здесь боле есть.

И точно, рядом с «винчестером», каким, несомненно, являлась винтовка, лежали на каменном полу пещеры кожаные наплечные ремни с подсумками и длинным рядом латунных гильз в патронташе через плечо, не меньше двух десятков. Я подхватил ремни с пола, накинул на шею, услышав как брякнули патроны внутри сумок. Значит, там еще есть. Живем!

— Быстро надо! — крикнула девчонка. — Слышишь? Зажрут мы.

Действительно, от входа в пещеру доносился уже гиений лай, мерзкий и визгливый. Что-то задумался я не по делу. Хотя… странно было бы не задуматься. Кому как, а я минут десять назад из московской квартиры вышел, к машине. А не к гиенам-переросткам. Странно вообще, что я еще о чем-то думаю, а не в глубоком обмороке лежу. А может я с ума сошел? И у меня бред такой? А почему нет? Сейчас мне чего-нибудь доктора вколют, и гиены развеются как сон, вместе с девчонкой и пещерой.

— Скоро, скоро! — уже с отчаянием в голосе крикнула моя спутница.

Ладно, когда вколют, тогда и вколют, а пока отбиваться надо. Наверное. Выглянул из-за поворота пещеры, и столкнулся глазами с уже знакомой гиеной, той самой, с большими свежими шрамами на морде, которая, аккуратно ухватив зубами, оттаскивала застрявший в проходе куст. За ней никого не было, но рычание и лай доносились явственно, видать, остальная стая за проходом скопилась, чтобы своей товарке не мешать.

— Я те потягаю щас, кустики-то… — пробормотал я, вскидывая винтовку к плечу.

Как мне показалось, животина успела сообразить, что ей грозит, потому что мгновенно бросила куст и рванулась назад, из узкого прохода. Целился я ей прямо в морду, из чистой мстительности за свой испуг, но попал в шею. «Винчестер» тяжко грохнул под каменным сводом, меня до сюрприза неслабо ударило в плечо прикладом, а тяжелая плоская пуля угодила зверю в шею, причем с такой силой, что развернула эту немалую тушу на земле, затем уронив на бок и заставив перевернуться.