— Идет, — сказал я. — Даже и без ботинок идет. У меня есть ботинки, спасибо.

— Так у тебя же другие ботинки, — возразил Николай, хватаясь за бутылку со «Спрайтом». — У тебя, наверное, совсем другие ботинки. А таких, как у меня, нет. Так что бери, не стесняйся. Я бы тебе еще что-нибудь из шмоток отдал, только все осталось на квартире. Квартиру продал вместе со шмотками. Такие дела, Костя. Н-да, — и он допил газированную воду. — Так ты согласен, да?

— На что? — ошарашенно переспросил я. — На что я согласен? Куда тебя везти? За что ты предлагаешь двести баксов?

— Отвезешь меня, — деловито сказал Николай. — Просто отвезешь. Куда скажу. Деньги заплачу сразу. Ботинки отдам после. — Он запустил трясущиеся пальцы в карман и вытащил две сложенные пополам стодолларовые купюры. — Вот. Мои последние. Тебе отдам, когда сядем в машину. А пока не дам. — И деньги снова исчезли в кармане.

Я мысленно досчитал до десяти и таким образом удержался от сильного искушения схватить Николая за шиворот и вышвырнуть за порог. Но месть Генриху будет страшной.

— Так, — сказал я. — И далеко надо ехать?

— Хрен его знает, — напряженным голосом ответил Николай, уставившись в стену.

— Значит, надо у него спросить, — подсказал я.

— У кого? — не понял Николай.

— У хрена, который знает.

— Да, само собой, — кивнул Николай. — Я ему позвоню. Он мне скажет. Завтра вечером.

— Значит, ехать надо завтра? — уточнил я.

— Ага. — Николай запустил руку с платком под рубашку. Очевидно, вытирал пот под мышками. — Завтра, как стемнеет.

— Хорошо. — Я обрадовался, что сумел все выяснить и тем самым заработал полное право выставить клиента за порог. — Значит, до завтра?

— Чего до завтра? — непонимающе посмотрел на меня Николай. — Кого до завтра?

— Встретимся завтра. Я подготовлю машину, и вы узнаете маршрут. Так?

— Ни хрена, — покачал головой Николай. — Ты готовь машину. А я посплю тут у тебя. Спать охота.