Ребус не торопясь перелистывал страницы. Книга была на английском; она называлась «Астапово-блюз» и содержала стихотворения, озаглавленные «Раскольников», «Леонид», «Помни ГУЛАГ» и так далее.

— Что означает это название — «Астапово-блюз»? — спросил Ребус у Симпсона.

— Астапово — это железнодорожная станция, где скончался великий Толстой.

Старший санитар усмехнулся:

— Я же говорил, что Байрон — парень башковитый!

Ребус протянул книгу Шивон. Та открыла ее на титульном листе и прочла сделанную размашистым почерком дарственную надпись, в которой автор советовал «дорогому Крису» «хранить веру, которую я храню и которую потерял».

— Что он имел в виду? — поинтересовалась она.

— Я сказал, что тоже хотел бы стать поэтом, а он ответил: это означает, что я им уже стал. Я думаю, Федоров имел в виду, что верит в поэзию, но утратил веру в свою страну. — При этих словах Крис слегка покраснел.

— А где именно проходил вечер? — спросил Ребус.

— В Шотландской поэтической библиотеке, неподалеку от Кэнонгейта.

— На вечере он был один или, может быть, с женой, с издателем?

Симпсон неуверенно покачал головой:

— Я не знаю точно. Вообще-то Федоров настоящая знаменитость. Говорили даже, что он может получить Нобелевскую премию.

Шивон захлопнула книгу.

— Мы всегда можем обратиться в русское консульство, — заметила она.

Ребус медленно кивнул. Снаружи донесся шум мотора — к моргу подъезжала какая-то машина.

— Кажется, кто-то из наших профессоров наконец проснулся! — встрепенулся старший санитар. — Идем, Байрон, нужно подготовить секционный зал.