- Проходи, - сказала Танька, - завуча, кажется, нет. Кстати, во двор сегодня придешь?

- Надеюсь. А что?

- Да так, ничего особенного, - ответила Танька, - но обещаю: будет интересно...

- Интригуешь, миледи, -усмехнулся я. - Сказала бы проще: "Вчера вернулась из будущего, привезла новую историю, но по пути потеряла машину времени.

Получился неприятный поворотик на двенадцать парсеков влево..."

- Я так и хотела сказать, - ответила Танька, - но ты меня опередил...

- Так и было задумано!

- Патруль времени тебе этого не простит! - грозно ответила Танька.

- Ничего, отобьемся, - весело отозвался я.

- Ладно, проходи побыстрее, а то еще директриса застукает, а это будет пострашнее патруля времени. А вечером приходи во двор, будут все наши...

- Кроме Марисель, - вырвалось у меня.

- Кроме Марисель, - как эхо отозвалась Танька.

И я почувствовал, как к горлу медленно подкатывается противный вязкий комок...

Едва я вошел в школу, как нос к носу столкнулся с Ленкой Воронюк.

Она возвышалась в дверях спортзала, по-наполеоновски скрестив на груди руки, и сверлила меня зелеными кошачьими глазками. И ее пристальный взгляд красноречиво свидетельствовал о том, что Ленка вчера вечером или даже сегодня утром не поленилась выяснить, действительно ли моя мама заболела.

А так как она не болела и в ближайшее время болеть, надеюсь, не собиралась, то и ежу было понятно, что Ленка не простит мне вчерашнего побега с генеральной уборки, и потому мне нужно готовиться к самым крупным неприятностям в своей жизни.

Но сейчас у меня было не то настроение, чтобы выслушивать нотации надоедливой активистки-общественницы. Я думал о Луэлле и Фиделине, и если бы сейчас в школьном дворе разразилось извержение вулкана, а на город упала атомная бомба, то эти разрушительные бедствия я не счел бы достойными своего внимания.

..Кто хоть раз в жизни расставался с друзьями, поймет меня...