— Значит, старший лейтенант?
Вздрагиваю. Задумался ни к месту. Из головы моментально улетают только что сформулированные слова чистосердечного признания.
— Так точно, — уже не вскакиваю. Два раза в день может и не повезти.
Капитан Угробов, ласково поглаживая прыщик, сурово буравит глазами:
— Характеристики у тебя отличные, лейтенант. Отзывы преподавателей училища и вахтерш женского общежития самые благожелательные. Даже по физподготовке отличная оценка. Десять раз подтягиваешься?
— Одиннадцать, — смущаюсь от ложной скромности.
— Этого, лейтенант, не стыдятся, — капитан грозит пальцем. — Этим гордится надо. Значит, государство не зря деньги потратило. А то приходят на службу всякие такие, что на стул сядут и одышка на целый день.
Капитан задумывается, минут на десять, не больше. Я не мешаю человеку думать. Пистолет все еще в кобуре. Не заметил, чтобы его кто-то ставил на предохранитель.
— Что ж…, — капитан закрывает папку, смахивает ее в стол, вздыхает и откидывается в кресле, — Что ж, лейтенант. Люди нам нужны. В последнее время отстрел сотрудников превысил все допустимые министерством нормы. Свежая кровь, в хорошем смысле слова, конечно, не повредит. Нашатырь не нужен? Тогда добро пожаловать в отдел по борьбе с махровым бандитизмом. «Убойную силу» смотрел?
Три раза. Еще я смотрел сериал про крутого американского парня. И много чего другого. Но вряд ли это интересно капитану.
— Так вот, запомни, лейтенант, — лицо капитана превращается в холодную, беспощадную маску хранителя закона и общественного порядка, — Чушь это. В жизни все гораздо серьезнее.
Капитан, осознавая свою мощь и звание, поднимается из-за стола и расхаживает по кабинету, заложив огромные кулаки за спиной. Чтоб по бокам не стучали.
— Отдельные руководители народного хозяйства погрязли в коррупции. Прибирают к рукам все, что не успели разобрать честные граждане. Бандитизм с липкими паучьими лапами пригрелся на груди у трудового народа. Мафия свободно разгуливает по улицам Канарских городов. Олигархи обнаглели, строят сортиры из золота. Что мы, представители закона, можем противопоставить преступному разгулу? Кроме наших чистых рук, горячего сердца и святой веры в светлое будущее? Ничего.