Тот факт, что он (оттенки мыслей явно указывали на принадлежность голоса мужчине) также имел выход в пси-поле, совсем не гарантировал того, что это – друг. Мысли его были облачены в слова, которые, должно быть, он произносил вслух, обращаясь к ней. В этот раз Тилзи уловила и еще что-то, чего не замечала раньше, при предыдущих телепатических контактах – странное качество его импульсов, будто они подвергались обработке или, прежде чем попасть к ней, проникали через некую искажающую среду.

Она ждала, размышляя о том, что произошло. Вероятно, он просто уловил ее команды Хомиру, выраженные словами, и они его насторожили, а то, о чем она думала до контакта с собакой, оставалось незнакомцу неведомым. Она крепче стянула защитные щиты-покровы пси-энергии мозга усилием собственных импульсов, чтобы заглушить ходы подсознательных мыслей, по которым чаще всего можно проникнуть в чужой, оставленный без заслонов защиты, мозг. Если еще слегка усилить защиту пси-поля, то это остановит и настоящих специалистов, способных следить за ходом чужих мыслей. Но незнакомец специалистом явно не был. Пси-специалист не стал бы забрасывать ее подобными вопросами. Обычно Тилзи не одевала собственные мысли в одежду слов, не стала бы делать этого и теперь, но в случае с Хомиром вмешались эмоции. В конце концов Тилзи пришла к выводу, что ситуация в данный момент полностью под ее контролем.

Молчание затянулось. Вероятно, жалея о несдержанности, он тоже стал осмотрительнее.

Тилзи ослабила щиты защиты, послала краткий сигнал Хомиру, почувствовала, что он приближается к лагерю, вновь закрепила защиту. Подождала еще несколько секунд, признаков интереса к ней со стороны другого телепата не последовало. Может быть, он способен улавливать лишь мысли, оформленные в слова. Это упрощало дело. Она снова ослабила защиту и спросила: «Кто ты?»

Ответ не заставил себя ждать:

«Значит, мне все это не приснилось! Мне уже начало казаться… вас двое?»