Дитя роскошной итальянки, между тем, пыталось надеть наручные часы на свою ножку — на тонкую расцарапанную щиколотку. На каждой руке у мальчика уже было по детскому будильничку, и на левой, и на правой. Мать, внезапно обратив на это внимание, вскочила и с размаху шлепнула его по щеке. Голова ребенка мотнулась, как тряпочная.

— Никогда так не делай, никогда! — срывающимся контральто крикнула она.

Я дернулся было к ним, однако Вивьен уже догнал меня, уже взялся рукой за мое плечо.

— Не вмешивайся, — попросил он.

Мальчик беспомощно заплакал. Вопрос «п-п-почему» прыгал на его трясущихся губах.

— Потому что состаришься раньше времени! — орала женщина.

— А почему Глупый Кот так делал?

Мать уперла руки в бока и растерянно посмотрела на меня. Потом она посмотрела на мужа, который спокойно доедал свой хлеб с моцареллой.

— Мамма миа! — произнесла она в сердцах. — Этот дьявольский мультфильм…

— Не обращай внимания, — тихо посоветовал Вивьен. — Рудименты прошлого. Вон тебе пресса, расслабься.

Я сбросил с плеча его руку и направил стопы к лотку с печатной продукцией. Расслабиться после увиденного было непросто. Прилавок ломился от книг, журналов, газет, плакатов, этикеток, открыток, наклеек и тому подобное. Я выбрал солидную ежедневную газету с характерным названием: «ХРОНИКА ДОБРА» и пошел обратно.

— А вы, это… — оторопело позвал меня парень, стоящий по ту сторону прилавка. — А деньги?

— Деньги? — Я посмотрел на друга Вивьена. — Разве это не бесплатно?

Тот промолчал, тщетно пряча гадкую улыбочку.