- Это Кхатти? - осторожно спросил я, твердо убежденный, что Брюзга самый старый из обитателей подземелья. Восемь раз по тысяче лет! А тысяча это десять раз по сто! Такого срока и представить невозможно, а уж как их прожить...

- Нет,- с легкой усмешкой в голосе отозвался Старик.- Кхатти попал сюда почти одновременно со мной и Алькоем - около тысячи лет назад. Самых старых из нас ты не слышал. Впрочем, мы их тоже ни разу не слышали - они давно разучились говорить, а их души навсегда сроднились с созданием, обитающим в горах. Ты его наверняка видел. Оно обитает в твоих снах, также, как и в наших. Тебе мнится, что ты извлекаешь эту вещь на поверхность, так?

- Ага,- обрадованно подтвердил я. Наконец-то хоть что-то прояснилось! - Это такая большая непонятная штуковина, лежащая в глубоком ущелье? Я ее выкапываю. Мне совсем не хочется этого делать, но меня точно кто-то заставляет. А она правда есть?

- Да,- с тоской сказал Старик.- Она есть. И, к величайшему сожалению всех сущих на земле народов, она снова ожила.

- Ожила? - переспросил я.- Так она живая? И эти штуки, что ползали под землей, это ее... ну, не знаю... дети, что ли?

- Можно сказать и так,- после некоторого молчания ответил Старик.- На самом деле я неверно выразился, введя тебя в заблуждение. Конечно, это существо не живое, подобно тебе или мне. Оно не ест, не дышит, не чувствует, и, разумеется, у него не может быть никаких отпрысков. Оно всего лишь порождение чрезмерно изощренного в науках разума, созданное из холодного железа. Я понятно изъясняюсь, мальчик? Если нет, то не бойся сказать.

- Да нет, мне все понятно...- с трудом выговорил я.- Я просто... обалдел слегка.