Мэри села на кровати - спина прямой струночкой.

- Уж не хочешь ли сказать, что уриелиты мзду берут? - окрысилась.

- Никогда никому такого не скажу и тебе тоже, - сказал он. - Клянусь отрубленной рукой Сигмена, на такой жуткий антиистиннизм я даже намекать не имел в виду. Нет, я имел в виду, что польза для Госуцерквства - такое дело, что могут потом или помиловать, или что-то в этом роде.

- И кто же, по-твоему, за нас заступится? - донеслось из темноты, и Хэл усмехнулся. От его речей Мэри могла на стенку лезть, но в делах житейских она не теряется и стесняться в средствах не станет, лишь бы от Высшей Меры отбояриться...

На несколько секунд воцарилось молчание. Мэри тяжело дышала, как загнанный в угол зверь.

Наконец он заговорил:

- По правде-то, я никого из влиятельных не знаю, кроме Ольвегссена. А он, хоть мою работу хвалит, раз за разом проезжается насчет моей СН.

- Вот видишь! Насчет СН! Хэл, если бы ты набрался духу и...

- И если бы ты так не усердствовала, чтобы мне подставить ножку, - зло отозвался он.

- Хэл, мне никак, если ты по-прежнему будешь позволять себе так антиистинничать. Мне это совсем не в радость, но обязанность есть обязанность. Когда ты меня в этом упрекаешь, ты еще один ложный шаг делаешь. Еще одну черную пометку получишь...

- Ложный шаг, про который ты вынуждена будешь спеть АХ'у. Да, знаю. Давай хоть на десятитысячный раз с этим не торопиться.

- Ты сам до этого довел, - сказала она добродетельно.

- Ну вот, кажется, обо всем договорились. Она судорожно вздохнула и сказала:

- Не всегда же так было.

- Да, в первый год после женитьбы не было. Но с тех пор...

- А кто виноват? - всхлипнула она.

- Хороший вопрос. Но, по-моему, не стоит его обсуждать. Опасное это дело.

- Что ты имеешь в виду?

- Не тема для дискуссии.

Подивился тому, что сказал. Что он имел в виду? Сам не знал. Сказано было не от ума, а ото всего существа. Не Обратник ли подбил ляпнуть языком?