Ее длинные белые локоны свободно парили в струях ветерка, огромные голубые глаза, осененные длинными густыми ресницами, взирали на жестокий мир открыто и доверчиво, ее стройное тело со смуглой кожей, под тонкой белоснежной тканью платья, казалось телом самой Евы прародительницы всех живущих. Пышная, чувственная грудь то страстно вздымалась, то внезапно опадала, алые, чуть приоткрытые губы звали и манили припасть к ним долгим яростным поцелуем, а когда ветер, заигрывая с ее платьем, приподнял его края, то восхищенному взору открылась длинная стройная нога и атласная, шелковая кожа бедра. Остолбенев от внезапно пронзившего его чувства, он вперил свой пронзительно синий взор в незнакомку, как вдруг... внезапно из океанских волн на берег метнулся огромный краб, и бросился прямо под копыта лошади. Жалобно заржав от ужаса, бедное животное встало на высоченные дыбы и сбросило со своей атласной спины прекрасную незнакомку прямо в бездонную пучину. Не медля ни секунды, он снял ботинки, рывком сорвал рубашку с загорелого мускулистого торса, стянул облегающие джинсы с узких бедер и почти совсем не волосатых ног и бросился вслед за нею. Нечто неясное, но щемящее и прекрасное подсказывало ему, что спасает он не просто девушку, он спасает свое давно потерянное счастье... море отняло, море и возвращает...

Он вынес ее на берег, мокрое платье, облепив божественную фигуру, не оставило никаких потаенных уголков, все открыв его жаждущему взору. О, да. Она была прекрасна! Подавив сумасшедшее, внезапно нахлынувшее желание целовать и откусывать эти торчащие темные соски, ласкать эти точеные бедра и плоский живот, он положил незнакомку на песок и не в силах сдержаться, все же прильнул своим твердым чувственным ртом к ее нежным, беспомощно полуоткрытым губам.

- О... - вдруг слабо простонала она, - что с Мириам?

- С Мириам?! - его словно током отшвырнуло от девушки. - Вы знали Мириам?!