Механизм Надежды цепляется за сартушные, идеальные черточки объекта, концентрирует на них внимание и фокусирует сарту. Вера удерживает фокусировку, не дает субъекту перепрыгнуть на следующий цветок.

В начале Надежды всегда слово, красивая картинка, обещание. Гипержеланию большего и не требуется. Другое дело Вера, она жива делами. Ведь вера работает с ослабленным, удовлетворенным желанием, и ей приходится компенсировать вялость в членах усиленной имитацией сартушной среды (чудом, жертвой, даром, комфортом).

Предположим, объект устал имитировать сартушную среду, идеальную реальность (это всегда труд) - первый шаг к гибели любви сделан. Вера чахнет, фокусировка то и дело сбивается, но до конца чувства еще далеко.

Оптимальный гормональный баланс не жделает так просто гибнуть, механизм Надежды работает наизнос, цепляется за любой фантом, мираж, призрак, помогающий не потерять цель и удержать фокусировку. Потом тают последние миражи, фокусировка окончательно размывается, и любовь заканчивается с надеждами. Надежда - это процесс умирания любви.

Круг замкнулся. Душа видит, а сознание подтверждает: объект потерял все сартушные, идеальные признаки. Веры нет. Надежда на счастье потеряна. И выжженная душа затихает, как пересохшая земля, в ожидании новых живительных ливней, в ожидании свежих раздражителей, мощных гипержеланий. Прольются они, да еще подвернется сартушный объект, умеющий обещать и поддерживать уровень обещаний, и фокусировка сарту не заставит себя ждать. Мир снова заиграет боттичеллевскими красками. Нет? Тогда жалок твой жребий, человек. Хилым субъектом, не нашедшим во всей вселенной цели для фокусировки, навьюченный всей тяжестью будней, понукаемый самыми пошлыми потребностями бытия, поплетешься ты навстречу людям. И встретят они тебя криками ненависти.

Вот и подошло время сюрприза, обещанного в начале, время проверки гармонии алгеброй. Дать определение любви не фокус, сей результат не выходит за рамки очередных гуманитарных изысков.