Вот тут-то сквозь шум воды он и услышал голос Мэри: "Хэл? Ты где?"
2
Сам не зная почему, Хэл секунду помедлил с ответом, но потом все же отозвался:
--Я здесь, Мэри.
--Ну, конечно! Так я и знала, что ты там! Где еще ты можешь быть, когда наконец заявляешься домой!
Он понуро побрел в гостиную:
--Ты не могла бы умерить свой сарказм хотя бы в честь того, что меня долго не было?
Мэри была достаточно высокой -- всего на полголовы ниже Хэла. Ее светлые волосы были гладко зачесаны, открывая высокий лоб, и собраны и тяжелый узел на затылке. Глаза у нее были светло-голубые. Черты лица были мелкими, но довольно пропорциональными, единственное, что ее немного портило -слишком тонкие губы. Детали фигуры были скрыты от посторонних взглядов под мешковатой блузой с высоким воротом и свободной юбкой, достигающей лодыжек. Хэл и сам имел о ее фигуре самое общее представление.
--Вовсе это не сарказм,-- ответила Мэри,-- а констатация факта. Где же ты еще мог быть? Признайся сам, что когда я прихожу домой, я всегда застаю тебя там,-- она указала на двери неупоминаемой.-- Да-да-да, когда ты не работаешь дома, ты всегда норовишь там спрятаться от меня.
--Какая трогательная встреча хозяина дома после его долгого отсутствия!
--А ты даже не поцеловал меня! -- парировала она.
--Ах, да. Это же мой долг. Как я мог забыть!
--Это не должно быть долгом,-- насупилась Мэри.-- Это должно приносить нам радость и удовольствие.
--Трудно получать удовольствие, целую губы, которые тебя ругают.
К его удивлению, Мэри вместо того, чтобы взорваться, вдруг разрыдалась. Хэл почувствовал укол совести и постарался хоть как-то загладить вину:
--Извини, конечно, но ведь и ты встретила меня отнюдь не нежными объятиями.