Миссис Андерсон измерила девушке температуру и убрала термометр.

— К вам там несколько посетителей. Впустить их?

— Конечно! — Аллегра кивнула.

Головная боль немного стихла, то ли от расплавленного шоколада в знаменитой выпечке миссис Андерсон, то ли от мощной дозы обезболивающего — девушка точно не могла сказать.

— Ладно, команда, можете войти. Но смотрите, не утомляйте ее. Не хватало еще, чтобы ей опять стало хуже. Потише тут!

И, улыбнувшись в последний раз, дружелюбно настроенная медсестра покинула комнату. Мгновение спустя кровать Аллегры окружила вся ее команда по хоккею на траве. Они толпились вокруг, запыхавшиеся, так до сих пор и не сменившие спортивную форму: юбки в зеленую клетку, белые рубашки поло и зеленые высокие гольфы.

— О господи!

— Ты как, нормально?

— Ну надо же, эта фигня тебе чуть голову не снесла!

— Мы в следующий раз доберемся до этой сучки из Норсфилд Маунт Хермон!

— Не волнуйся, они свое получили!

— Боже, ты вырубилась напрочь! Мы уж думали, что не увидим тебя до завтра!

Эта радостная какофония заполнила комнату, и Аллегра улыбнулась.

— Все в порядке. У меня тут печенье осталось — хотите? — спросила она, указывая на поднос на подоконнике.

Девушки голодной оравой налетели на угощение.

— Погодите! Вы же мне не сказали — мы выиграли? — спросила Аллегра.

— А ты как думаешь? Мы надрали им задницу, капитан, — Бирди Бельмонт, лучшая подруга Аллегры и ее соседка по комнате, насмешливо отсалютовала. Салют выглядел бы куда более впечатляюще, если бы не громадное печенье с кусочками шоколада у нее в руке.

Девушки принялись заговорщически сплетничать, но тут из-за занавески, разделяющей комнату надвое, послышался мужской голос:

— Эй, девчонки, у вас там что-то вкусненькое? А поделиться не хотите?