В самолете Элли Эббот взяла с подноса пластиковый стаканчик с содовой, но не отпила, заметив, что рука трясется. Она поставила стаканчик обратно и посмотрела в окно, пытаясь успокоиться.

Она летит в Бангор. Хорошо, что салон самолета не разделен на классы, ведь она больше не может летать первым классом. Элли считала, что не заслуживает такой роскоши – она теперь не Александрия Фаррел, автор бестселлеров. Когда-то ее первые пять книг, вышедшие одна за другой, принесли ей огромный успех.

За последние три года Элли не написала ни строчки. Три года назад она развелась. И теперь, после того, что с ней сделала американская система «правосудия», она не может писать.

– Ты не должна праздновать этот день рождения одна! – сказала ее психолог Джин.

Сейчас Элли ни с кем, кроме нее, почти не общалась. Эти три года Элли скрывалась от мира, пытаясь прийти в себя. Бывшая писательница не хотела никого видеть.

Джин никак не могла пробить стену, которой Элли себя окружила, расшевелить ее и вытащить из постоянной депрессии.

– Ты такая же, какой была всегда! Пора перестать думать об одном и том же и жить дальше.

– Меня сейчас никто и знать не хочет! – мрачно сказала Элли.

Джин прищурилась.

– Тебе неплохо похудеть. Начни ходить в спортзал! Вдруг встретишь там кого-нибудь и…

– Опять?! Ни за что! – не выдержала Элли. – Кому я нужна?! Толстая, богатая!

Джин удивленно смотрела на клиентку. Через секунду обе смеялись. Мало кто считает богатство недостатком.

– Но все-таки тебе нужно с кем-то отметить свое сорокалетие! – настаивала Джин.

– Вообще-то… – начала Элли, разглядывая свои ногти без маникюра. – Мне тогда исполнился двадцать один год… Как раз в свой день рождения здесь, в Нью-Йорке, в управлении автотранспортом, я встретила двух девушек. У них тоже был день рождения, и мы…