Учитывая одновременное присутствие семи детей (самому старшему из которых было всего лишь двенадцать), четырех нянек, девяти телохранителей (сама Хонор обошлась одним Эндрю Лафолле, но Веру сопровождали два из трёх её личных охранников) и одного Землевладельца, уровень шума на взгляд Хонор был действительно замечательно низок. Разумеется, относительно.

– Хватит, хватит, – произнесла Джина Смит, старший представитель педагогического персонала дворца Протектора, непререкаемым тоном, противостоявшим – в той или иной степени – решимости старших дочерей Мэйхью вырасти неунывающими варварами. – Что подумает о вас леди Харрингтон?

– Слишком поздно пытаться её обмануть, Джиджи, – бодро ответила Хонор Мэйхью, одна из крестниц Хонор, – Она знает всех нас с самого рождения.

– Но, по крайней мере, вы можете притвориться, что вам объяснили хотя бы основы достойного поведения, – твёрдо сказала Джина, хотя строгость взгляда, которым она наградила свою нисколько не раскаивавшуюся подопечную, была несколько подорвана сопровождающим его подмигиванием. Девочка, в свои двенадцать лет, имела собственную спальню, однако, в данных обстоятельствах, решила провести ночь с малышами, что было для неё характерно.

– О, она это знает, – успокаивающе произнесла Хонор-младшая, – Я уверена, она знает, что это не ваше упущение.

– Возможно, это лучшее, на что я могу надеяться, – вздохнула Джина.

– Я не то чтобы совсем не в курсе выпавшего вам… жребия, – заверила её Хонор. – Особенно с этими двумя, – добавила она, обращая укоризненный взгляд на своих младших брата и сестру. Те только ухмыльнулись ей в ответ, по меньшей мере столь же далекие от раскаяния, как и Хонор-младшая. – С другой стороны, – продолжила Хонор, – говоря между нами, мы задавили их числом. И они сегодня вечером действительно кажутся чуть менее шумными.

– Ну конечно… – начала было Джина, но остановилась и покачала головой. В глубине её серо-голубых глаз блеснула вспышка раздражения. – Я имею в виду, миледи, что они лучше всего себя ведут – они вообще не ведут себя действительно хорошо, вы же понимаете, – когда вы находитесь здесь.