Негр приподнял брови:

- Западная Вирджиния, да? Вы уверены?

Пирсон чуть улыбнулся:

- Вполне уверен, да. Можно было, конечно, раньше назвать Огайо и Иллинойс.

Негр пожал плечами, показывая, что это не имеет значения, и улыбнулся:

- Не похоже, что вы собираетесь падать в обморок, хотя... нет, не собираетесь, я вижу... и это главное. Сигарету хотите?

- Спасибо, - с признательностью произнес Пирсон. Он не просто {хотел} сигарету: он нуждался в ней.

- У меня была, но я потерял. Как вас зовут?

Негр просунул сигарету между тубами Пирсона и поднес к ней зажигалку:

- Дадли Райнеман. Можете называть меня Дьюк.

Пирсон глубоко затянулся и взглянул на вращающуюся дверь, открывавшую доступ к мрачным глубинам и облачным высотам Первого коммерческого.

- Это не было галлюцинацией, правда? - спросил он. - То, что видел я, вы тоже видели?

Райнеман кивнул.

- Вы не хотели, чтобы он заметил, что я его вижу, - продолжал Пирсон. Он говорил медленно, пытаясь связать все это про себя. К нему вернулся нормальный тон - уже огромное облегчение.

- Вы видели, чтобы кто-нибудь еще здесь пытался устроить истерику подобно вам? - спросил Райнеман. - Чтобы кто-нибудь даже {выглядел} так, как вы? Я, например?

Пирсон медленно покачал головой. Он теперь чувствовал себя не просто перепуганным: он был совершенно растерян.

- Я встал между ним и вами, и я не думаю, что он вас заметил, но в какую-то секунду это вполне могло случиться. У вас был вид, словно у человека, который заметил, как мышка выскакивает из бифштекса, который он ест. Вы из ипотечного отдела, да?

- О да. Брэндон Пирсон. Извините.

- Я из отдела обслуживания компьютеров. Все в порядке. Когда впервые видишь летучую мышь в человеческом облике, так бывает.

Дьюк Райнеман протянул руку, и Пирсон пожал ее, но думал он о другом. {"Когда впервые видишь летучую мышь в человеческом облике, так бывает"}, - сказал молодой человек, и когда Пирсон вспомнил свое первое впечатление от Крестоносца в Капюшоне, шествующего между шпилями в стиле "ар-деко", он понял, что термин очень удачный. И еще одно он понял, вернее, припомнил: хорошо, когда есть название тому, что тебя напугало. Страх не уходит, но его можно держать в рамках.