Одиссей молчал. В таких разговорах он вообще не принимал участия. Ни до сна, ни до фантастики ему не было никакого дела. Он был просто корабль, выполнял команды, управлял сам собою, вел походный дневник - и все. Валгус включил дневник, прослушал накопившиеся за ночь записи. Ничего интересного. Об "Арго" - ни слова. Понятно: просто привиделось. Следовало бы, конечно, проявить ту пленку, на которой пилот пытался запечатлеть собственную галлюцинацию, ее призрачный продукт.

Он включил соответствующую автоматику, перегнувшись через подлокотник кресла. Ждать придется буквально несколько секунд. Столько, сколько нужно, чтобы прочитать стишок о трех мудрецах в одном тазу, которые однажды, презрев нормы безопасности... Валгус с выражением прочитал стих, потом вытащил пленку.

Вернее, то, что от нее осталось: черные, изъеденные лохмотья. Словно бы автомат вместо проявителя купал пленку в кислоте. Это еще что за новости? Неисправность в системе автоматики?

Но сейчас заниматься фотоавтоматикой уже не хотелось. Валгус хорошо выспался и чувствовал себя прекрасно. Можно работать, да и пора уже, откровенно говоря.

- Одиссей! - окликнул Валгус. - Что на румбе?

- Впереди пространство, свободное до девятой степени.

Это, конечно, видно и по приборам. Но иногда хочется, черт побери, услышать и еще чей-нибудь голос, кроме своего.

- Вакуум хорош. Предупреждения? Отклонения от нормы?

- Не имею.

Показалось или он действительно чуть помедлил с ответом? Да нет, чепуха. Он же не мыслящее существо. Обычное устройство. Прибор, аппарат, машина - что угодно. Однако для верности придется поставить контрольную задачу.

Он задал Одиссею контрольный тест. Сверил ответ с таблицей. Нет, все сходилось. Показалось, значит.

- Внимание! - громко сказал он. - К выполнению программы!

- Программа введена! - равнодушно проскрипел Одиссей.

- Готовность сто. В момент "ноль" приступить к выполнению.