Я собрал воедино всю свою волю и с удивлением почувствовал, что боги вняли моим доводам. Припадок прошел, я снова управлял своим телом. Не знаю, сколько еще продержусь… Не думать об этом!

В воздухе запахло озоном, это Кержак усыпил мою любимую слабой молнией.

— Спасибо, — сказал я.

Нагнулся, подхватил Белянку, и мы с Кержаком продолжили свой путь, стараясь не обращать внимания на приземлившегося бога, а точнее, богов — их было двое.

Это были совсем новые боги, таких я еще не видел. Обычно летающие боги не умеют ходить. Приземлившись, они некоторое время стоят неподвижно, а потом снова взлетают. Но эти боги ходили, не перекатывались, а именно ходили.

Пожалуй, из всех богов именно эти двое больше всего похожи на людей. Очень большие, почти как болотный змей, туловище короткое, широкое и какое-то округлое, как камень, голова очень большая, руки и ноги непропорционально длинные… Что? Точно! Они разговаривают!

Да, они разговаривали. Их речь была непонятна, но это была именно речь, никаких сомнений быть не могло. Только сейчас я сообразил, что никогда раньше не слышал, чтобы боги разговаривали между собой. Когда боги занимаются тяжелой работой, они рычат, когда спотыкаются или оскальзываются — визгливо ругаются, но они никогда не разговаривают между собой. Странно, что раньше я не обращал внимания на эту несообразность, а воспринимал ее как нечто само собой разумеющееся.

Один из богов поднял руки, и на конце одной руки открылся глаз. Глаз был огромен, раз в десять больше, чем у болотного змея. Глаз уставился на меня пустым и холодным взглядом, и я почувствовал приближение припадка. Нет! Не думать об этом!

Бог с глазом что-то сказал другому, тот что-то ответил, а потом снова случилось нечто невиданное. Бог с глазом справил большую нужду.

В его руке рядом с глазом открылось отверстие, и из него на траву выпали четыре куска испражнений. Они не выглядели как экскременты, они были похожи на камни неестественно правильной цилиндрической формы толщиной в половину человеческого туловища, но намного короче. Облегчившийся бог снова что-то сказал, мне показалось, что в его речи прозвучали нотки раздражения.