Со скучающей миной Лумарь наблюдал, как, ползая на коленях, неуклюжий, толстый Станок усердно обшаривает мертвых. На рыхлом лице отражалась деловитость и готовность услужить. Никаких угрызений совести и никакой брезгливости. Так, впрочем, и должно быть. Потому что страшно. Лумарь по себе знал, что страх - великая сила. Может быть, главная движущая сила природы. Кто умеет повелевать этой силой - повелевает миром. И Шмель, не раз называвший его «вечным третьим номером», был, конечно, не прав. Отныне он перестанет быть третьим. Уже хотя бы потому, что узнал, как легко и просто заканчивают свою жизнь вторые и первые. И если он в состоянии простым движением указательного пальца обращать их в пыль, в холодное мясо, то он уже не третий номер! Произошла рокировка, которую он с ясностью прочувствовал только сейчас.

- Молодец! Пока отложи барахлишко в сторону. Потом заберем.

- Ага, конечно. - Станок беспрекословно выполнил команду и с ожиданием взглянул на своего нового хозяина.

- А теперь хватай жмуриков за ноги и волоки вон туда. За березнячком, помнится, болотце было. Там их и притопим.

Забросив винтовку за спину, Лумарь наблюдал за Станком. Болото и впрямь оказалось недалеко. В два захода тот перетащил трупы к камышам. Когда последнее тело с хлюпаньем ушло в темную жижу, Станок остановился отдышаться.

- У тебя, я слышал, тоже своя команда есть?

- Да какая там команда! Молодняк один. Помогают по пустякам. Бизнес-то почти цивильный.

- Молодняк - он тоже разный бывает. Может, все-таки найдутся надежные пацаны? На кого, значит, можно положиться?

- Ну, пара ребяток вроде ничего. Пока держу в охране. - Станок натянуто улыбнулся. - Хотя, честно говоря, именно их собирался рассчитать. Продавщицы жалуются, что пристают. Да и пивом без меры балуются. Раньше, конечно, помогали в щекотливых делах, а сейчас никаких терок. Все стараются дружить с ментами. Если что, ссылаются на их крышу - и никаких проблем.