– А ты чего такая хмурая? – спросил Дрюня, проходя в кухню и водружая бутылку на стол.

– Хмурая? – расплакалась я. – И ты еще спрашиваешь?!?

После этого я хлопнулась на табуретку, уронила лицо на жесткий стол и заревела в голос.

– Ну, Леля, ну прости, так получилось… – виноватым голосом проговорил Дрюня, поглаживая меня по голове. – Ну, приятеля старого встретил, совершенно случайно, клянусь! Он пригласил, я не мог отказать… Мы и отъехали-то буквально минут на пятнадцать. Вернулись – а тебя уже нет. Ну, подумаешь, на троллейбусе вернулась. Или ты машину поймала? Тебе же Кирилл денег дал! Ну, потратила двадцатку на машину – велика беда! Ну, не сердись, Леля!

– Ка… Какие деньги? – задыхаясь, выдавила я. – Какая машина? Я в троллейбусе зайцем ехала! Потому что Кирилл никаких денег мне не дал! Из-за тебя, между прочим!

– Господи, а я-то ту при чем? – искренне удивился Дрюня.

– За-зачем… Ты меня н-напоил? – кроме заикания, на меня еще и икота напала. – Ты знаешь, что случилось?

И я принялась рассказывать Дрюне все, что произошло. Когда я закончила, приготовившись снова зайтись в рыданиях, ответом мне послужил просто гомерический хохот. Я даже отложила истерику на время, чтобы узнать, что же так рассмешило этого недоумка.

– Ха-ха-ха! – заливался Дрюня, раскачиваясь на табуретке.

– Чего ты? – с обидой спросила я.

– Ой, не могу! Ой, умора! Ну, ты, Лелька, даешь! Это же надо такое устроить! Я просто представляю себе эту сцену! Ха-ха-ха!

– Ничего смешного, – уже не так уверенно проговорила я.

– Да как ничего? Ты представь только себя со стороны!

Я представила всю сцену, и мне действительно стало смешно. Я даже фыркнула. Дрюня тут же откупорил бутылку и разлил водку по стаканам.

– Нет, за это надо выпить! – категорически заявил он. – Вот такую Лельку я люблю! А то сидит, киснет, слезы льет – ну что это такое?