– Так к какому выводу вы пришли относительно просьбы одолжить денег?

– Вы знаете, – тихо проговорил Парамонов, – мне кажется, что его шантажировали.

– Кто?

– Вот этого не знаю, я же говорю, это всего лишь мое предположение. И что интересно – милиция утверждает, что когда был обнаружен труп Василия, при нем не было никаких денег, хотя он на моих глазах положил сверток в карман.

– Интересно, – протянула я. – Значит, этот человек знал, что Василий получит деньги в этот вечер?

– Поверьте мне, Полина, – опуская мое отчество, горячо заговорил Парамонов, – там была не та сумма, из-за которой стоит убивать человека!

– Ах, Валерий Александрович! – с грустью ответила я.

– Бывает, что человека убивают и за три рубля…

– Бывает, – согласился Парамонов. – Мне ли этого не знать!

– Если предположить, что Василий встречался в этой квартире после вас с шантажистом, чтобы отдать ему деньги, то получается какой-то абсурд! Зачем ему было убивать Мирошникова?

– Вот и я над этим думаю! Шантажист ведь никогда не останавливается. И если бы убил шантажируемый, устав платить, это было бы логично! Но здесь нет никакой логики!

– А если у них вышла ссора? Допустим, шантажист не захотел останавливаться после того, как получил деньги, и потребовал еще? Завязалась драка, а там и до убийства недалеко!

– Да, только вот орудие убийства не то, – возразил Парамонов. – В ситуации, которую вы описали, все происходит спонтанно, и человек хватается за нож, за тяжелую пепельницу, за канделябр, в конце концов! Но пистолет… К тому же никаких следов борьбы не обнаружено. Нет, это убийство было запланированным. И человек, убивший Василия, не случайно взял с собой пистолет!

– Я согласна с вами, – кивнула я. – Только ситуация от этого не проясняется. Так и не могу понять, что там произошло.

– Послушайте моего совета, – наклоняясь к моему уху, проговорил Парамонов. – Не лезьте вы в это дело! Не по зубам оно вам! Если будет нужно, я сам найму профессионала, и не молоденькую хрупкую девочку.