– Хорошо, я обдумаю ваши советы, – пообещала я, совершенно не собираясь этого делать.

Попрощавшись с Валерием Александровичем, я вышла из подъезда и чуть не задохнулась от налетевшего порыва ледяного ветра. Подняв воротник, я побежала к своей машине.

Прогрев ее немного, я покурила, после чего завела мотор. Теперь мой путь лежал к Ирине Канарейкиной. Надеюсь, что она еще не успела съехать.

Правда, судя по тому, что я узнала от Парамонова о ее отношениях с Мирошниковым, вряд ли Ира могла мне чем-то помочь. Не думаю, что Василий делился с ней своими проблемами. Но поговорить надо, а там видно будет.

Ехать мне предстояло на Краснокаменскую улицу, что было, в сущности, не очень далеко от дома Парамонова.

Дом, где Мирошников имел квартиру для интимных встреч, представлял собой стандартную девятиэтажку. На подъездной двери даже не было кода. Я вошла в лифт и поднялась на седьмой этаж.

– Иду-у! – пропел звонкий голос сразу после того, как я нажала на кнопку звонка.

Однако несмотря на это, идти не спешили. Я позвонила еще раз, и тут дверь открылась. Передо мной возникла девушка лет двадцати трех, одетая в розовый халатик, открывающий длинные стройные ножки.

Смазливое личико, зеленые, чуть раскосые глаза. Цвет волос рассмотреть я не смогла – голова девушки была закрыта высокой чалмой, сооруженной из желтого махрового полотенца. Видимо, потому она и не открыла сразу, что была в ванной.

– Здрасьте, – удивленно хлопая длинными ресницами, проговорила она. – Вы ко мне?

– К вам, если вы Ирина.

– Я Ирина, – как-то по-детски радостно подтвердила она. – Проходите.

Она даже не спросила, кто я и зачем пришла.

– Вы из библиотеки? – словно читая мои мысли, спросила она. – Я принесу книжки, честное слово, на этой же неделе! Просто они у меня не здесь! – с горячей убедительностью заговорила она, прижимая руки к груди, и обезоруживающе улыбнулась.