Так вот мы, оказывается, из-за чего плачем! А вы, Полина Андреевна, уж расчувствовались, что девочка по любовнику своему убивается! Забыли, Полина Андреевна, насколько жизнь цинична в своей беспощадности?

– Так, немедленно прекрати истерику! – резко и строго проговорила я, и Ира подняла на меня испуганное лицо.

Реветь и кричать она действительно прекратила, лишь изредка всхлипывая.

– Разнюнилась тут! – продолжала я, понимая, что избрала верную тактику. – Он тебе вообще ничем не обязан! Сама должна о себе думать! И спасибо скажи еще, что тебе менты нервы не трепали, потому что никто из допрошенных о тебе не упомянул. Ты, кстати, жене его еще спасибо должна за это сказать. Так что перестаем реветь, собираем вещички и делаем ноги, если не хотим неприятностей! Я тебя уверяю, что скоро сюда нагрянет семейство Мирошниковых, и тебе придется освободить эту хату, а могут и менты прийти. Тебе это надо?

– Нет, мне это совсем не надо, – поежилась Ира.

– Потому и говорю – собирай свои вещи как можно быстрее и двигай отсюда. Желательно прямо сегодня. Есть куда идти? Где-то же ты жила до знакомства с Василием?

– У меня тетка тут живет, – закивала Ира. – Только я к ней не хочу.

– Хочу – не хочу, у тебя выбора нет. Дальше устраиваешься на работу, на любую! Хоть полы мыть, хоть окорочками торговать! А дальше видно будет. Может, нового Василия себе найдешь. Все поняла?

– Да, – глядя на меня с каким-то уважением, проговорила Ирка.

– Вот и молодец, – одобрила я. – Только сперва ответь мне на несколько вопросов.

– А ты кто? – задала она наконец-то вопрос, который совершенно не волновал ее в начале нашего знакомства.

– Я типа частный детектив, – усмехнулась я. – Расследую смерть Василия.