Большая стальная чаша-щиток, также надетая на копье, закрывает правую руку и плечо. Тоже – своеобразный тарч. Только этот щит слетать не должен. Этот должен лишь защищать. А потому сидит на древке жестко, прочно.

Спереди к нагруднику-кирасе пристегнут надбрюшник – защита живота и паха. Кроме того, с передней луки седла по бокам коня свисают щитки-дильжи – выпуклые стальные наросты, похожие на гигантские древесные грибы. Ими укрыты от случайного удара бедра и ноги всадника. А вот привычной высокой задней спинки у седла нет. Для механического реннена не положено. Так что высидеть сильный точный удар сложно… Граф Альберт вот не смог.

О снаряжении противника Дипольд знал все, поскольку и сам был облачен в такой же реннцойг. Он тоже ощущал на плечах тяжесть толстой турнирной кирасы, смотрел через узкую щель усиленного салада, глухо дышал в сплошной подбородник и прижимал ногами ремни округлых дильжей.

Правая рука Дипольда Славного, укрытая стальной чашей, лежала на выступающей рукояти и направляла в Медведя тяжелое копье, балансирующее в крючьях-упорах. Левая – спрятанная под защитный тарч-мишень – сжимала повод.

Да, латы и оружие у пфальцграфа были те же, что и у барона. Только на щите, гербовой котте и конской попоне вместо белого и черного – темно-красные и золотистые цвета. А вместо скалящегося медведя – парящий грифон.

И еще была одна хитрость. Отчаянная, чреватая. Дипольд тоже скакал пригнувшись. Но лишь для видимости, не полностью, оставляя себе возможность в самый последний момент поднырнуть под копье противника.

Грохотали копыта, звенел металл…

Шпоры до упора входят в конские бока. Массивные копейные наконечники смотрят в малые изогнутые щитки.