Тот быстро поднялся. И опять на Игната. Никаких больше каратэ, чисто уличная драка. Но Игнат в отличие от него про вольную борьбу не забывал, и про бокс хорошо помнил.

Матвей оказался достойным соперником. Сумел разбить Игнату губу, припечатать ухо, порвал карман на рубашке. Но и сам он отгреб по полной программе. Разбитый нос, шишка под глазом, признаки асфальтной болезни на щеке. И слезы на глазах.

Избитый в кровь Матвей отступил с угрозами.

Игнат остался с Тонькой с глазу на глаз.

– Ну и что дальше? – с упреком спросила она.

– Теперь и поговорить можно, – сказал он.

– О чем?

– О нас... – бодро начал Игнат, и тут же запнулся.

Не будет же он говорить с Тонькой о любви. Еще чего!

– Ну чего потух? Продолжай! – ехидно усмехнулась она.

Игнат совсем стушевался.

– Ты хочешь, чтобы я с тобой ходила? – спросила Тонька.

Игнат кивнул. Да, он хочет, что бы Тонька дружила с ним, а не с Егором.

– А почему ты думаешь, что я хочу быть твоей подружкой?

– Не знаю, – пожал плечами Игнат.

– А я знаю. Наверное, думаешь, что ты мне нравишься... Может, и нравишься. Только я с тобой дружить не буду. И знаешь почему? Потому что ты ненормальный. Сейчас ты Матвеева избил, а завтра меня убьешь. Ты такой же, как твой отец!

– Отца моего не тронь! – вспылил Игнат.

– Эй, ты чего? – робко спросила она.

– Ничего, – остывая, буркнул он. – Отца моего не надо трогать, поняла?

– Поняла.

Он решительно повернулся к ней спиной и направился домой. Настроение ни в дугу. И зачем он только связался с этой дурой?

Учителя продолжали игнорировать Игната. Своим отношением они делали из Игната самую настоящую страшилку для школьников.

Игнат чувствовал, что рано или поздно эта скрытая травля приведет к серьезному конфликту.