Я понятливо кивнул головой.

– Ну тогда я послезавтра вечерком и отправлюсь. Сегодня я вернусь в Москву, надо все-таки с семьей повидаться. – Я состроил извиняющуюся улыбку. – А то сын уже скоро узнавать перестанет.

На этом наш разговор и завершился. Через четыре часа мы вместе вылетели в Москву. Конечно, можно было бы уйти в Москву Серой тропой, но этот путь, хоть и был значительно быстрее, требовал такой отдачи энергии, что без крайней необходимости я бы на это не решился. В Домодедове мы с Антипом расстались. Дед поехал в свою очень серьезную контору, а я направился домой. Там меня уже давно и с нетерпением ждали. Правда, Людмилка была еще на работе, зато Володька из школы уже вернулся и под руководством бабушки выполнял домашние задания. Так что мы вдоволь навизжались. А вот в спальне, куда я направился переодеться и прихватить смену белья, меня поджидал Егорыч.

Мой домовой ангел-хранитель только посмотрел на меня и тут же вывел правильный диагноз:

– Ты куда это собрался?…

– В ванну… – попытался я уклониться от долгих объяснений, но Егорыча просто так с темы не собьешь.

– А после ванны, послезавтра?…

– Ты что, все мои разговоры подслушиваешь?…

– И подслушивать нечего, у тебя все на лбу написано…

– Что написано?… – Я чисто машинально провел рукой по лбу.

– Все!… И не пытайся затереть… Давай говори, куда послезавтра уходишь?

И присел рядом с домовым на постель.

– Придется мне, Егорыч, еще разок через Переход смотаться… – как можно беззаботнее проговорил я.

Но его чутья мне обмануть никогда не удавалась. Домовой встал на кровати во весь свой маленький рост и внушительно произнес:

– Обязательно до этого встреться с Данилой!…

Следом за этим коротким наставлением он развернулся и, не развивая темы, удалился прямо сквозь стену в проходящую за ней вентиляционную шахту.