– Да нет, не так уж… – с улыбкой успокоил я его.

– Что-нибудь серьезное я увидел? – Он был явно очень озабочен содержанием своего предсказания.

– Трудно сказать… – слегка замялся я, а потом просто повторил его пророческую речь.

Данила задумался и через тройку минут медленно проговорил:

– Да, не густо. Но самое главное – ты вернешься назад.

– Да? И откуда это следует?… – Я не мог скрыть своего сарказма.

– Если бы это было не так, я бы сообщил, что ты погибнешь, – совершенно спокойно ответил юный прорицатель.

– Ну что ж, и на том спасибо… – попытался я закрыть неприятную тему.

– Вот только – «потеря самого себя». – Мой юный друг не желал оставлять профессиональный разбор своих предсказаний. – Это может быть потерей памяти или вообще – безумием…

– Ого! Утешил!… – Я уже почти кричал, и мой соратник по магии наконец обратил внимание на мое нервное состояние.

– Ну да это ничего… Это дело поправимое… – неуклюже попытался он утешить меня, но под моим разъяренным взглядом замолчал. Я уже совсем собрался высказать юному дарованию, что думаю по поводу всевозможных предсказаний, а также недоученных предсказателей и озабоченных домовых, но в этот момент раздался звонок в дверь. Это пришел из школы Володька.

Данила, помявшись, собрался бежать домой, но я понял, что домой ему совсем не хочется, да и злость с меня уже сошла, потому мы уговорили его никуда не уходить, а после обеда отправиться всем вместе в кино. Именно так мы и поступили.

Вечером, проводив Данилу и вернувшись домой, мы с сыном сделали уроки и я сам, лично, уложил его спать. Потом мы долго разговаривали с Людмилой и ее мамой, Любовью Алексеевной.

И уже совсем за полночь состоялся недлинный разговор с Егорычем.

Он, по своему обыкновению, ожидал меня сидя на кровати в спальне. Пока моя драгоценная принимала ванну, Егорыч долго смотрел на меня странно грустным взглядом, а я почему-то молчал, совершенно не зная, как начать разговор. Потом домовой с тихим вздохом поднялся на ноги и произнес: