Из первых же услышанных слов я сделал два немедленных вывода: эти двое ошибочно полагают, что в мозаичной комнате никого нет, и затевают некий заговор против Лорда-Барона Норандора.
- Здесь нам никто не помешает, милорд, - вполголоса, как и пристало заговорщику, сказал Гратч. - Никто за нами не шел. Я сказал всем, что мы идем на Псарню осмотреть племенных сук.
Гурбориан нахмурился.
- Этот идиот, Лорд-Барон, назначил Главным Псарем Шерека. Я надеялся повлиять на него, чтобы он выбрал кого-то из наших, но, видимо, мои взятки на него не подействовали. Назначение состоялось, но это далеко не столь важно, как твои новости. Какова позиция Болдука и его сторонников - с нами или против нас?
Гратч нерешительно потрогал висевший у него на поясе кинжал.
- Я пробовал оба варианта, которые мы обсуждав" ли, милорд, - намекнул на то, что отказ им дорого обойдется, и обещал хорошее вознаграждение за содействие.
Несмотря на все мои усилия, старый барон Болдук продолжает упрямиться. Он вбил себе в голову - хоть это и лишено всякого смысла, - что лишь колдеры способны победить Эсткарп. Я сказал ему, что последний колдер в пределах ваших грании уже семь лун как мертв.
Неудачный набег на Эсткарп покойного Псаря наверняка убедит и самое распоследнее бревно в том, что Ализону больше не приходится рассчитывать на какую либо помощь от колдеров.
- В том-то и дело, что Болдук - настоящее бревно, - пробормотал Гурбориан. - Возможно, небольшой костер у него под задницей растопил бы его упрямство.
Его кровавая вражда с ферликианом возобновится, стоит лишь шепнуть слово или два в нужные уши. Тем не менее я предпочел бы, чтобы Род Болдука был на нашей стороне или хотя бы сохранял нейтралитет. Разве на барона не произвели впечатление твои слова о нашем предполагаемом союзе с Эскором?
Гратч покачал головой.
- Разговоры с Болдуком на любые темы, связанные с магией, - мрачно произнес он, - дело весьма тонкое, милорд. Хотя нам наверняка удастся подчинить себе силу заклинаний наших предполагаемых союзников, обратив ее против Ведьм Эсткарпа, Болдук упрямо отвергает любые попытки прибегнуть к оружию наших заклятых врагов.