Ощутив себя всецело в их власти и не чувствуя особой поддержки с моей стороны, Аро решил, что любое сопротивление лишено смысла. Я, наверное, много потерял в его глазах, но другого пути не было. Поиски тех, кто может построить космический корабль, были предлогом. Они выводили меня на обладателей самой передовой на Таике техники, владеющих радиопередатчиками. А у них, без сомнения, можно было узнать, кого и от чего надо спасать.

Более-менее чистые мы вышли в коридор. Там уже ждала девушка. В трехмерном лабиринте из тоннелей и лестниц она вывела нас к двери, с виду ничем не отличающейся от множества других. За ней уже сидел тот, кто называл себя хозяином лесов.

- Садитесь, - пригласил Лост, - я хочу вас угостить. У нас считают, что еда влияет на мысли человека. А если вспомнить, чем вы питались после прибытия на Таик, Матвей, то мне вас жалко.

Лост говорил складно, а я вспомнил огромное количество жареной птицы, прошедшее через мой желудок. Не исключено, что местные представления об обмене веществ в какой-то степени справедливы, и ногами я здесь шевелил куда больше, чем извилинами мозга.

У любого народа еда, как правило, связана с определенными ритуалами, правилами поведения. Аро воспитывался в лесной глуши. Я - на планете, опережающей Таик чуть ли не на тысячелетие. Но за столом мы выглядели одинаково. Оба не знали, какие блюда как следует есть, что за чем, что с чем и в каком количестве. Лост не пытался поправить нас или дать какие-нибудь советы. Он почти не ел сам, наблюдая за мной с оттенком исследовательского любопытства. Аро, похоже, его совершенно не интересовал.

Тут я ошибся. Перед самым концом трапезы мой верный спутник начал медленно валиться набок (ели мы за низким столиком, сидя на полу). Мгновение спустя Аро уже посапывал.

- Что это? - моя рука легла на рукоятку пистолета.

- Пустяк, - спокойно ответил Лост, - молодой человек впервые в жизни прилично поел. А теперь решил вздремнуть. С вами ведь все в порядке?