Человекоподобность аборигенов производила убийственное впечатление. Первая внеземная цивилизация - и полное сходство с людьми! Как это могло получиться? Возможно, мое удивление - свидетельство многовековой инерции мышления? Географы глубокой древности населяли неисследованные земли псоглавцами и всякими уродами. Когда выяснилось, что на родной планете живут обыкновенные люди, мыслящих пауков, рептилий и осьминогов поместили на планетах дальних. И вот опять промашка. А может, так и должно быть?

Два дня я пролежал в засаде, наблюдая за работающими в поле крестьянами. По причине полного непонимания, все их разговоры не вызывали у меня особого интереса. У меня, но не у сидящего в моей голове помощника. Миллиарды клеток Надсистемы разобрали язык аборигенов на составные части. Ночью, после освоения грамматики и составления простейшего словаря, Надсистема подключилась к спящему мозгу в режиме гипнопедии. А когда я счел себя достаточно образованным для простейших разговоров, вылез из своей засады и побрел по направлению к большому городу, то угодил в засаду чужую.

Мысленно я сравнил себя с аборигенами - никаких существенных отличий. Любой темноволосый землянин европеоидной расы выглядел бы здесь как дома. Глаза карие, может быть, другого оттенка, но это мелочи. Рост выше среднего, хотя и не намного. Чем же я не приглянулся? А может, ударом по голове здесь принято приветствовать незнакомцев?

Тропинка вывела нас на маленькую полянку рядом с покрытым растительностью склоном холма. В кустарнике угадывалось отверстие то ли пещеры, то ли землянки.

- Аро! - позвал один из моих спутников.

Ответа не последовало.

- Поговорим и без него, - другой решил тут же приступить к делу. Кто ты? - спросил он, присаживаясь на заросший мхом валун.

- Я - Матвей. (Особая разговорчивость при нулевой информированности ни к чему).