Они заехали в старый конюшенный двор. Когда пятьдесят лет назад построили большой дом, здесь были лошади, и люди действительно ездили на смешном экипаже, который дети нашли втиснутым в угол старого сарая. Но теперь большую часть места занимал автомобиль, а лошадей не было.

Миссис Стайнер, домоуправительница, поджидала их в дверях каретного сарая и помахала заказным авиаписьмом, как только дядюшка Мак вышел из машины. У нее было особое, свойственное только ей выражение лица, которое для Лоури значило:

«Давно‑пора‑в‑постель‑и‑торопитесь‑пока‑я‑не‑пропустила‑свою‑любимую‑телепередачу.» Миссис Стайнер разговаривала властно, а дядюшка Мак, особенно когда писал, иногда рассеяно соглашался на весьма интересные изменения в правилах игры. Опыта в общении с детьми у дядюшки Мака не было, зато был у миссис Стайнер и такого противника стоило уважать, если дело шло на принцип.

В общем, младшие Лоури ожидали хорошего лета. Несмотря на миссис Стайнер, были и преимущества в пребывании в поместье Терн. Из‑за того, что папу по особому поручению отправили в Японию, и он на два месяца забрал с собой маму, дядюшка Мак был просто находка.

Того, кто вырос в городе, а не в деревне, остатки старого поместья могут и напугать. Грег ездил в лагерь скаутов, а Эрик ходил в походы с ночевкой в заповеднике, когда отец служил на большой авиабазе в Колорадо. Но для Сары это была первая встреча с природой, которой позволили одичать настолько, насколько она этого сама захотела. Она до сих пор боялась густых кустов и высоких деревьев и всегда старалась быть с кем‑нибудь из мальчишек, когда отходила слишком далеко от конюшенного двора или дороги.