Сопоставив все эти факты, астрономы — те из них, кто посвятил себя изучению Солнца, — стали все более утверждаться в мысли, что климат и погода тоже связаны с солнечной активностью.
Пожалуй, правильнее даже сказать по-иному: начали все более удивляться прозорливости выдающегося английского астронома Вильяма Гершеля, который высказал догадку о связи атмосферных явлений с поведением Солнца еще двести лет назад.
Вслед за Гершелем к такому же убеждению пришли последовательно французские астрономы Доминик Франсуа Араго и Камиль Фламмарион. В «Популярной астрономии» Фламмариона, опубликованной в 1880 году, уже содержался анализ соответствующих наблюдений:
«В наших климатах холодные дождливые годы и наводнения появляются соответственно тем годам, когда Солнце спокойно, без извержений и без пятен, в то время как сухие и жаркие годы появляются, напротив, соответственно эпохам наибольшей активности Солнца».
Собственно, эти строчки и послужили началом того спора, который разгорелся между астрономами и метеорологами.
— Конечно, в рассуждениях метеорологов есть своя логика, — говорит Дьяков, доставая из шкафа одну за другой связки старых тетрадей, — есть, не спорю, но она ошибочна! Понимаете? Ошибочна!..
Груда тетрадей на столе передо мною скоро, наверное, достигнет размеров одного из терриконов, которые я миновал на пути сюда, а хозяин все продолжает раскопки в недрах шкафа.
— На чем эта логика строится? — глухо звучит оттуда его голос. — На факте, который установили астрофизики, — а именно, что тепловая энергия Солнца не меняется на протяжении миллиардов лет…
Он на секунду расправляется, чтобы положить на стол очередную связку.
— А коль скоро не меняется, рассуждают они, как же она может внезапно, именно внезапно, возбуждать атмосферу и вызывать ураганные ветры, наводнения, обрушивать неожиданные снегопады?..