А у подножья Горы стоял Магомет и вспоминал, до чего красиво начиналось всё это безобразие. Как визжала Гора, истошно требуя его, Магометова, участия. Как пришёл он, исполненный благородной призрачной веры и несбыточной (как теперь оказалось) надежды на лучшее будущее, как бросил семя в кратер Горы. И вот теперь - оно, это самое... Процесс пошёл, как говаривал один знаменитый, но отнюдь не великий.

Наконец: свершилось!!!

В грохоте извержения, в огнистых росчерках молний и сиянии лавы Гора наконец разрешилась от бремени. Но - Мышью! Ма-аленькую такую Мышку родила громадина Гора. Конечно, не серенькую, не заурядненькую. И не белую подопытную с красными бусинками глаз. Неизвестной науке породы Мышку произвела она на свет. И всё же, как ни верти, то была Мышь! И этим всё сказано.

Ибо Магомет ожидал как минимум Мамонтёнка, ну Слонёнка на худой конец. А вышла - Мышь.

И пока его и Горы творение облизывалось, прихорашивалось, избавлялось от рубища рубашки из остатков закостеневшей в раз и навсегда данные формы лавы, пока равнодушная толпа отходя от шока охала и вздыхала, а самовлюблённая Гора самодовольно и отнюдь не самокритично хвасталась: "А?! Глядите, что Я родила-то! Не Мышь - Мышище! Хоть прямо "нобелевку" вручай и хоть сей же час!" - пока призывала Магомета всячески изъявлять благодарность за свершённый в таких муках детородный акт, бедняга кусал губы, уши и локти и молча глотал слёзы разочарования. Слёзы были пекучие, как лава, горькие, немного солёные и - увы! - не последние. Потому что вдруг оказалось: на самом-то деле от него зависит не очень многое. То есть он и прежде понимал, что не является на самом деле архитектором, что архитектор - это Тот, Высший, Который даёт Магомету кирпичики реального мира и позволяет возводить из этих кирпичиков бесконечные фантастические миры...