Роальд ДАЛЬ

МАДАМ РОЗЕТТ

Перевод А. Ставиской

- О Боже, какое блаженство!

Вожак лежал на спине в ванне, в одной руке он держал виски с содовой, в другой - сигарету. Ванна была полна до краев, и, чтобы вода не остыла, он все время подливал теплую, регулируя кран ногой.

Подняв голову, он отхлебнул виски, затем снова улегся и закрыл глаза.

- Бога ради, давай выходи, - раздался голос из соседней комнаты. Имей совесть, Вожак, ты и так уже валяешься больше часу.

Таран сидел на краешке кровати совершенно голый и, дожидаясь своей очереди, медленно тянул виски.

- Ладно, выпускаю воду, - откликнулся Вожак. Протянув ногу, он выбил пробку.

Таран поднялся и со стаканом в руке направился в ванную. Вожак полежал еще минутку, потом осторожно поставил стакан на полочку для мыла, встал и потянулся за полотенцем. У него было короткое квадратное тело, сильные ноги и ягодицы с атлетическими мускулами. Под жесткой щеткой курчавых рыжих волос тонкое, слегка заостренное лицо, сплошь в веснушках. И такая же, как на голове, светло-рыжая щетина на груди.

- Святой Иисусе, я натащил сюда полпустыни, - воскликнул он, взглянув на дно ванны.

- Смой песок и пусти меня, наконец, - я не мылся в ванне пять месяцев.

Все это происходило в начале войны, когда мы сражались с итальянцами в Ливии. Это были трудные дни - летать приходилось много, летчиков не хватало. Их не могли прислать из Англии, так как там в это время шла битва за Британию. Поэтому люди были вынуждены подолгу оставаться в пустыне и жить ее непривычной противоестественной жизнью: спать всегда в одних и тех же тесных грязных палатках, умываться и бриться, наливая воду из кружки, в которой чистили зубы, постоянно выбирать мух из чая и тарелок с едой, переносить песчаные бури, от которых нельзя спрятаться в палатке, - и неудивительно, что люди, обычно уравновешенные, делались агрессивными, теряли самообладание и срывались на товарищах, а потом злились на себя.