- Господин Урт, мой долг - охранять ваше здоровье.

- Плевать мне на твой долг. Я никому не позволю командовать в моем доме. Тащи-ка мне завтрак в постель. Кофе, яичницу с беконом, гренки...

- Сию минуту.

И появляется Этажерка с подносом. Гляжу - тысяча чертей! - там овсянка и кефир.

- Это еще что? - говорю. - Я же сказал, яичницу и кофе.

- Ваш процент холестерина и ваше давление исключают подобные блюда.

Тут я обложил Жестянку на чем свет стоит.

- Господин Урт, эти слова мне непонятны, - отвечает она чопорно. - Меня зовут Кью-325. Можно просто - Кью.

- Так, распротак и разэтак, - говорю я. И ка-ак наподдал ногой поднос! Этажерка выкатилась, зато вползла большущая никелированная Черепаха и все осколки мигом убрала. Не успела она слизать кашу со стенки, Этажерка опять приперлась со своим подносом. Гляжу - овсянка!

- Господин Урт, ничего другого вам на завтрак нельзя, - говорит Жестянка. - Приятного аппетита.

Вот влип, думаю. Пришлось съесть. Представьте, без соли.

- Хоть бы посолила, скотина, - говорю.

- Напоминаю, что меня зовут Кью-325. Ваша суточная потребность в хлористом натрии вчетверо меньше того, что вы привыкли употреблять. Кстати, именно поэтому ваша левая почка серьезно поражена.

- Ладно, - говорю. - Поди к черту.

- Извините, не понимаю.

- Отцепись.

- Не понимаю.

- Заткнись, отвяжись, сгинь!

- Кажется, понимаю.

Встал я, пошел в ванную. Двери перед носом распахиваются сами собой. Чудеса, да и только.

Помылся-побрился, сел в кресло и говорю:

- Газету мне и сигару. Живо.

Притащилась Этажерка с газетой.

- Вам категорически запрещается курить, - сообщает Жестянка.

- Еще чего, - говорю. Встал и сам пошел к камину, где у меня лежит коробка с "Ла Корона". Да только Этажерка ухватила сигары у меня из-под носа и кинула на ковер. А Черепаха мигом подлетела и запихнула коробку в пасть.