Эрл уловил нотку безысходности и отчаяния в тихом голосе Карна:

— Если?

— Все очень паршиво, Эрл. Ты теперь — офицер, и я с тобой полностью откровенен. Я думаю, что братья Кволиш тоже все прекрасно поняли, хотя не подали вида. Если нам удастся запустить эту машину, то я поверю в миражи и привидения. Вот так.

— Все так плохо?

— Да, я полагаю. Ты знаешь что-нибудь о генераторе Эрхарта? Они производятся на специальных заводах и просто заменяются один на другой при каких-либо неполадках. Самое плохое, что может произойти — это выпадение из синхронизации, но на них стоит мощная защита, которая заранее предупреждает об опасности этого. Если это все же происходит, то кораблю может посчастливиться и он приземлится целым и невредимым на ближайшей обитаемой планете. Такие поломки случались, если какой-нибудь нетерпеливый капитан старался выжать из двигателя больше, чем тот способен дать. Но удача и везение — непредсказуемы.

Эрл помолчал, размышляя:

— Я не очень понимаю. То есть, ты хочешь сказать, что виноват тот, кто у руля?

— Да, но не всегда. Никто не может сказать ничего определенного в подобных случаях. Корабли просто исчезают в неведомом межзвездном пространстве. Иногда пульсирующее поле генератора восстанавливается, синхронизация появляется через некоторое время и машина снова входит в нужный режим. Но если этого не происходит, то корабль ложится в вынужденный дрейф, который может продолжаться до бесконечности. У нас не получился вариант аварийного восстановления синхронизации и, скорее всего, нам суждено со временем превратиться в еще один корабль-призрак из легенды, который будет нести на борту несколько скелетов из ниоткуда в никуда. Мы станем притчей на устах многих праздных бездельников, которым нечем заняться, кроме последних сплетен, слухов и тайн. Черт возьми, Эрл, ты наверняка слышал и сам не меньше дюжины подобных сказок.