Таганка в ответ лишь прикрыл веки, подумав, что за побег дают не год, а три.

Водила молча сел в кабину, и самосвал с ревом двинулся по дороге - догонять своих. Колонне нужно было еще дотемна прибыть на железнодорожную станцию, чтобы успеть отгрузить щебень.

… Солнце быстро садилось за пологие сопки. Небо темнело. Начиналась метель.

Недвижимое тело беглого "зэка", лежащее на обочине промороженной трассы, заметало снегом. Совсем рядом слышался протяжный и пронзительный вой.

Андрей нашел в себе силы приподнять голову. Три пары желтых волчьих глаз светились в темноте. Хищники осторожно принюхивались, шаг за шагом приближаясь к легкой добыче.

"Ну, вот и все…" - подумалось Андрею. Подумалось совершенно бесстрастно. Не было ни страха, ни сожаления о случившемся. Смерть, подступавшая вплотную, воспринималась опустошенным сознанием как рядовое событие, ничего особенного собой не представляющее. А тело обволакивало приятное тепло, словно только что напоили Таганку горячим чаем с малиной, пропарили в баньке и укутали в мягкую пуховую перину. Так всегда бывает при обширном обморожении. Но ощущение блаженства наступает лишь на несколько минут. Потом тело будто начинает покалывать миллион тонких иголочек, а затем… затем - смерть.

Тем временем в лагере поднялся переполох. О грядущем новогоднем празднике и думать забыли.

- Он что, сквозь землю провалился?! - возмущенно спрашивал начальник колонии у Зубарева, который стоял в кабинете, вытянувшись по стойке "смирно". - Ну, не мог он бежать! Не мог! Ему до УДО всего месяц остался. Какой дурак в бега кинется, если до воли рукой подать?!

- И тем не менее, бежал, товарищ подполковник, - пожимая плечами, отвечал начальник оперчасти. - В лагере его нет, ни живого, ни мертвого. В промзоне - тоже.

- Какие меры приняты?

- Поисковые подразделения полка оперативного назначения прочесывают окрестности. Дороги на Магадан, Охотск, Верхоянск и Якутск перекрыты воинскими патрулями. Геологические экспедиции помогли с вездеходами и вертолетами.