-- Я сейчас, -- засуетился он, вставая из кресла. -- Вы пиджак и галстук снимите, -- снисходительно заметила она, -- так вам будет удобнее. Он смущенно кивнул и завозился с узлом галстука. Она следила за его движениями, странно улыбаясь. Затем тоже встала и сделала неуловимое движение. Черное вечернее платье мягко скользнуло на ковер; она оказались перед ним практически голой. Только узенькие кружевные трусики на загорелом теле. И в них она казалась более раздетой, чем на самом деле. Он ошеломленно сглотнул слюну. -- Кажется так пациентка должна предстать перед доктором? - она явно упивалась произведенным впечатлением. -- Не обязательно, -- хмуро буркнул он, -- у меня не обязательно. А вы кем работаете? -- спросил он первое, что пришло в голову, -- лишь бы не молчать. -- Я? -- она засмеялась. -- У меня хороша работа, Дмитрий Иванович, -- подруга большого человека. Он там остался. Вы не волнуйтесь -- сегодня уже не придет. Успел набраться, козел старый: горе у него -- племянница в больнице. Она тряхнула головой, и ее тяжелые волосы медного отлива блестящей волной упали ей на грудь, скрыв одно из мягких больших полушарий. -- Нужно раздеваться или нет, выяснять уже не будем. Прошу! Она легла на диван, вытянула ноги и закрыла глаза. Он присел рядом и привычно провел ладонью над этим красивым загорелым телом. И не ощутил ничего. Оно было прохладным и чистым, это молодое здоровое тело, нигде не ощущалась знакомого жара. -- Я у вас ничего не нахожу, -- хриплым голосом сказал он. Лика открыла глаза и улыбнулась: -- Разве? А это? -- она вдруг схватила его ладонь обеими руками и прижала к своей груди. Его пальцы глубоко погрузились в мягкое и упругое одновременно, он почувствовал, как в голове застучали молоточки. -- Это как? Он сердито вырвал руку. -- Не хотите? -- она привстала и, опираясь на руку, насмешливо смотрела на него.