- И ещё разок, милашка, - девчонка нежно почесала дрорду где-то в том месте, где по идее затылок должен бы переходить в шею.

В свете звёзд и дальнего, на перекрёстке, фонаря было видно, как Синди томно смежила веки и потянулась всем тельцем за лаской. Но суровая хозяйка снова скомандовала:

- Блзис! - и указала рукой вверх - туда, где наверху башни в кокетливом стеклянном куполе горел фонарь, оповещая всех, что хозяин дома, к тому же у него всё в порядке.

Дрорда вздохнула совсем по-человечески, и можно было поклясться, что во взгляде её промелькнула укоризна.

- И не лентяйничай - если справишься, поймаю для тебя большую вкусную лягушку! - негромко ответила Линн, улыбнувшись ей.

При упоминании о лакомстве, которое дрорда обожала до дрожи в лапках, она разом навострила свои крохотные, кожистые и остренькие ушки - и немедля взмыла в ночное небо.

Сопля смотрел на всё это, разинув рот и в таком изумлении, что даже забыл шмыгнуть носом. Однако, опомнившись, тут же исправил свою оплошность и задрал голову вверх. Чуть погодя там, в свете фонаря, мелькнула неясная тень. А следом, почти сразу же, тот погас.

- Умница моя. - так поприветствовала Линн дрорду, неслышно слетевшую из ночного неба и деловито севшую на её плечо.

И такая неподдельная нежность была в её голосе, что Сопля внутренне возликовал - вот оно, твоё слабое место, гордячка! Стоит только пригрозить тебе свернуть зверушке её цыплячью шейку, и… Что "и", ещё не знал и он сам - но это можно обдумать и на досуге, после дела.

Однако парень забыл - или не знал - что Линн неплохо видит в темноте. И уж совсем ему было невдомёк, что юная полукровка прекрасно прочла его мысли во взгляде…

- Хотел бы я знать, как оно это сделало, - Сопля, задыхаясь от усталости после подъёма наверх, покосился на неповреждённый купол и столь же целёхонький фонарь под ним.