Уж, наверное, сладить в походе с комиссаром Совета выйдет нелегко, но лишь на первых порах. Он, Арсений, мог бы утешить Командора Хансена на этот счет. Неделю-другую фон Герке-Цугундер, конечно, станет дуться серой мышью на крупу, а там глядишь, и забегает, умилительно заглядывая в глаза каждому встречному, нужному и ненужному. Ведь чиновник-«плавун», подобный комиссару, не может жить без родимой системы, как нерожденный младенец без пуповины. От нее питается, от нее и ума набирается. В смысле охоты на каверзные подлости. А кого в их единственном в своем роде походе запугаешь доносами и начальственными призывами к порядку? Тут бы вернуться, тоже еще вопрос! И вообще, черт с ним, с Герке-Цугундером, и так уже Арсений потратил битых полчаса на пустые размышления об его глубинной, как лодка-плоскодонка, сути.

Правда, и вокруг ничего интересного до сих пор не произошло. Молоденький астрофизик из Кембриджа задавал «совещательные» вопросы, его, унылого и длинноносого, волновало, позволят ли ему по пути подобраться к какой-то там комете. Пират Хансен кривился, не говорил ни да, ни нет, видно, отказывать напрямую уважаемому сеньору Эстремадуре ему не хотелось, а связываться с посторонней кометой тем более. Потом довольно нудно и долго читала по голографическим запискам свой отчет доктор металингвистики Мелоун, миловидная блондиночка усредненного возраста, о таких еще говорят: маленькая собачка и в старости щенок. Не далее как вчера она излишне шумно веселилась на «отходной» вечеринке и уверяла Арсения, что тот запросто может называть ее Кэти. Приятная женщина, ничего не скажешь, такая яркая в вечернем наряде и немного тусклая в обычной форме рядового космогатора. Впрочем, одернул себя Арсений, он не справедлив к даме. Посмотрел бы на собственную персону сегодняшним утром! После атомной смеси джина со взбитыми перепелиными яйцами, вылитой прямо в коктейль из белых вин, поневоле будешь выглядеть тускло с ураганного похмелья.