— На всякий случай будьте настороже, — сказал я ей. — И скажите Молли, что я хотел бы, чтобы она пока что оставалась здесь.

Майкл поднял бровь.

— Ты думаешь, что она нуждается в нашей защите?

— Нет, — сказал я. — Я думаю, что вы, возможно, нуждаетесь в её защите.

Майкл моргнул. Черити слегка нахмурилась, но не возразила. Я кивнул им обоим и вышел.

Я закрыл дверь дома Карпентеров за собой, отрезая аромат горячей пиццы и громкие звуки оживленных, охрипших от волнения детских голосов. Молли уже не восставала против всего, что я просил ее сделать, но все-таки лучшим способом избежать спора было поставить ее перед свершившимся фактом.

Ноябрьская ночь была тихой. И очень холодной.

Я перестал дрожать и поспешил к своему автомобилю, старому потрепанному Фольксвагену Жук, который первоначально был голубым, а теперь представлял собой соединение красных, синих, зеленых, белых, желтых, а больше всего серых пятен на новом капоте. Какой-то неизвестный шутник, который просмотрел слишком много мультфильмов Диснея, нарисовал баллончиком круг на капоте с номером 53 внутри, но все-таки имя автомобиля было Синий Жук, и таким оно и останется.

Я сел в машину и какое-то время смотрел на теплый золотой свет, льющийся из окон дома.

Затем я уговорил Жука проснуться и поспешил домой.

Глава 3

— Ты уверен, что это были фэйри? — спросил Боб-череп.

Я нахмурился.

— А у многих кровь вспыхивает при контакте с железом и сталью, Боб? Да, я думаю, что я могу узнать фэйри, когда он мне нос ломает.

Я спустился в лабораторию по складной деревянной стремянке через люк в своей подвальной квартире. Эта комната расположена достаточно глубоко под остальной частью пансиона, в котором я живу, и в ней постоянно прохладно. Летом это хорошо. Зимой не очень.