Ее пальчики круговыми движениями поглаживали ему грудь.
- Если бы я могла его так возбудить, так возбудить, чтобы у него разорвалось сердце, я бы это сделала.
- Ты его так сильно ненавидишь?
- Он губит мою жизнь, Джимми. Он высасывает из меня жизнь. Ты знаешь, что он со мной проделывает.
- И ты не можешь просто уйти от него.
- Он говорил, что со мной будет, если я попытаюсь. Я тебе рассказывала?
- Ты действительно думаешь, что он на это способен?
- "Я плесну тебе в лицо кислотой, рита. Не в глаза, потому что я хочу, чтобы ты увидела, что с тобой сталось. И на сиськи, и между ногами, чтобы никто тебя больше не хотел, даже прикрыв лицо простынкой".
- Каков мерзавец.
- Джордж хуже мерзавца. Он - чудовище.
- Как можно такое говорить.
- Это не пустые разговоры. Он с радостью это сделает.
Джимми помолчал. А потом вынес приговор.
- Он заслуживает смерти.
- Этим вечером, Джимми.
- Этим?
- Бэби, я жду не дождусь, когда все закончится. И сделать это надо до того, как он прознает о нас. Я думаю, он уже начал чтото подозревать. Если же сомнений у него не останется...
- Вот этого бы не надо.
- Все будет кончено. Я получу свою кислоту, и только одному Богу известно, что он приготовит для тебя. Мы не можем дольше ждать.
- Я знаю.
- Сегодня он будет дома. Я позабочусь о том, чтобы за обедом он выпил побольше вина. По телевизору показывают бейсбол, и он захочет посмотреть игру. Он всегда смотрит бейсбол и обычно засыпает после третьего иннинга. Садится в кресло, кладет ноги на столик и засыпает.
Пока она все это рассказывала, ее рука покинула грудь, плавно сместилась пониже живота, поглаживая, пощипывая, вызывая ответную реакцию.
- Он будет в кабинете, - продолжала она. - Ты помнишь, где находится кабинет. На первом этаже, второе окно по правую руку от двери. Он включит сигнализацию, но я сделаю так, чтобы она реагировала только на двери. Есть там такой режим, на случай, что ты хочешь оставить окно приоткрытым. И окно в кабинет будет приоткрыто на пару дюймов. Даже если он почувствует сквозняк, то лишь закроет окно, но не запрет. А ты сможешь открыть его, не подняв шума. Джимми? В чем дело?